Данный этап продлился с 19 ноября 1942 года по 2 февраля 1943 года. Пока 62-я армия истекала кровью в развалинах, Ставка готовила грандиозную операцию по окружению 6-й армии Паулюса. Замысел заключался в том, чтобы ударами с севера (силами Юго-Западного и Донского фронтов) и с юга (силами Сталинградского фронта) прорвать слабые румынские фланги и сомкнуть клещи в районе Калача-на-Дону.
6-я армия (в Сталинграде и севернее)
4-я танковая армия (частично в городе, частично южнее)
3-я румынская армия (северо-западнее Сталинграда)
4-я румынская армия (южнее Сталинграда)
8-я итальянская армия (западнее)
Всего: около 1 миллиона человек, но на флангах — румынские и итальянские части, слабо вооруженные и не имевшие боевого опыта.
Юго-Западный фронт (генерал-лейтенант Н.Ф. Ватутин)
Донской фронт (генерал-лейтенант К.К. Рокоссовский)
Сталинградский фронт (генерал-полковник А.И. Еременко)
Всего: около 1.1 миллиона человек, 15.000 орудий, 1.400 танков, 1.300 самолетов. Превосходство в живой силе и технике было достигнуто за счет скрытной переброски резервов.
О планировании контрнаступления:
«В сентябре 1942 года мы с Василевским разработали план грандиозного контрнаступления. Замысел родился не на пустом месте. Мы видели, что немцы оголили свои фланги, поставив там румын, итальянцев, венгров. Их боеспособность была невысока, вооружение слабое, а главное — они не верили, что русские способны на крупное наступление. Мы решили использовать это. Сталин поначалу сомневался: "А выдержат ли наши фронты? А хватит ли резервов?" Мы с Василевским доказывали: хватит. Главное — скрытность».
О секретности:
«Планирование "Урана" велось в строжайшей тайне. Переброска войск осуществлялась только по ночам. Любые передвижения маскировались. Радиостанции работали только на прием. Мы вводили немцев в заблуждение, демонстрируя подготовку к обороне. Геббельс еще трубил на весь мир, что Сталинград падет со дня на день. Они не знали, что за их флангами, прикрытыми румынами, уже сосредоточены свежие танковые и механизированные корпуса».»
О роли Ставки:
«В октябре-ноябре мы практически жили в Генштабе. Сутками не выходили. Координировали переброску войск, уточняли планы, согласовывали действия фронтов. Жуков улетел на Юго-Западный фронт, я — в Сталинградский. Связь держали постоянно. Помню, как доложили, что в район сосредоточения прибыл последний эшелон с танками. Я вздохнул с облегчением: теперь можно начинать».»
19 ноября 1942 года в 7 часов 30 минут утра тысячи орудий обрушили огонь на противника. Артиллерийская подготовка длилась 80 минут. Земля дрожала. Когда пехота и танки пошли вперед, румынская оборона рухнула в считанные часы.
О начале операции:
«19 ноября 1942 года в 7 часов 30 минут утра я находился на командном пункте Юго-Западного фронта. Когда началась артподготовка, земля загудела. Тысячи снарядов обрушились на позиции румын. Это была мощь, которую мы копили месяцами. Через 80 минут пехота и танки пошли вперед. Связь работала отлично. Первые донесения: "Оборона прорвана на всю глубину. Румыны бегут, бросая оружие". Я доложил Сталину: "Началось. Развивается успешно"».
О действиях танковых корпусов:
«В прорыв были введены 1-й и 26-й танковые корпуса. Им была поставлена задача стремительно выйти к Калачу и встретиться с войсками Сталинградского фронта. Танкисты действовали дерзко, с ходу сбивая заслоны, обходя узлы сопротивления. Немцы не ожидали такой стремительности. Их штабы оказались парализованы».
О реакции немецкого командования:
«19 ноября я находился в штабе группы армий "Дон", когда поступили первые сообщения о русском наступлении северо-западнее Сталинграда. Сначала мы не придали этому значения — думали, обычный отвлекающий удар. Но к вечеру стало ясно: это не отвлечение, это нечто гораздо более серьезное. Румынские дивизии разбегались, их командиры потеряли управление. Русские танки рвались к Калачу. Паулюс запросил разрешение на отход из Сталинграда. Гитлер запретил. Это решение стало роковым».
23 ноября передовые части Юго-Западного и Сталинградского фронтов встретились в районе Калача-на-Дону. Кольцо окружения замкнулось. В котле оказалось около 330 тысяч немецких и румынских солдат и офицеров, включая 22 дивизии и множество отдельных частей.
О встрече в Калаче:
*«Радость была неописуемая. Танкисты, пехота, артиллеристы обнимались, как братья. Еще бы — мы сделали невозможное: окружили лучшую армию вермахта! Но радость быстро сменилась трезвым расчетом. Впереди была ликвидация окруженной группировки, а это дело тяжелое и кровавое. Немцы в котле — это не румыны. Они будут драться до конца».»
Гитлер приказал Паулюсу держаться и пообещал деблокирующий удар. Для этой цели была создана группа армий "Дон" под командованием фельдмаршала Манштейна. 12 декабря немецкие войска начали операцию "Винтергевиттер" ("Зимняя гроза").
О плане деблокады:
*«4-я танковая армия генерала Гота получила задачу пробить коридор к Сталинграду с юга. Мы рассчитывали, что Паулюс ударит навстречу, сковав русские силы изнутри котла. Первые дни продвижение было успешным. Танки Гота прошли около 50 километров. Но чем ближе мы подходили к городу, тем жестче становилось сопротивление русских. Они бросили против нас 2-ю гвардейскую армию Малиновского — свежее, отлично оснащенное соединение. А Паулюс так и не двинулся с места — он ждал приказа Гитлера. Фюрер запретил прорыв. 23 декабря, когда стало ясно, что Гот не пробьется, я приказал остановить наступление. Это был приговор 6-й армии».»
О срыве деблокады:
*«Мы внимательно следили за действиями Манштейна. Когда его танки пошли на прорыв, я вылетел к Малиновскому. Помню разговор: "Удержишь?" — "Удержу, товарищ Жуков". И удержал. 2-я гвардейская дралась героически. Немцы лезли напролом, не считаясь с потерями, но наши стояли насмерть. А когда стало ясно, что Паулюс не выйдет навстречу, наступление Гота выдохлось. Мы отбросили их назад. Котел захлопнулся намертво».»
8 января 1943 года советское командование предъявило Паулюсу ультиматум о капитуляции. Гитлер приказал не сдаваться. 10 января после мощной артиллерийской подготовки началась операция "Кольцо" по уничтожению окруженной группировки.
О подготовке операции "Кольцо":
«Мы знали, что в котле — более 250 тысяч человек. Они еще могли сопротивляться. Но у них не было топлива, боеприпасы кончались, продовольствие — тоже. Голод и холод делали свое дело. Мы предложили им почетную капитуляцию. Паулюс ответил отказом. Что ж, значит, будем бить дальше. 10 января после мощнейшей артподготовки наши войска пошли вперед. Немцы дрались отчаянно — они понимали, что пощады не будет. Но фронт сжимался день ото дня».
О положении в котле:
«Наши разведчики докладывали: у немцев паника. Солдаты бросают позиции, пытаются прорваться на запад мелкими группами, но их ловят в степи и уничтожают. Командиры теряют управление. Штаб Паулюса перебрался в подвал универмага. Это была агония».
31 января 1943 года южная группа немецких войск во главе с фельдмаршалом Паулюсом капитулировала. Паулюс был взят в плен в подвале универмага. 2 февраля сложила оружие северная группа.
О пленении Паулюса:
«Мне доложили, что Паулюс взят. Я не испытывал ликования — была усталость и удовлетворение от сделанной работы. Вспомнил сентябрь, когда город горел, когда казалось, что немцы вот-вот сбросят нас в Волгу. И вот теперь фельдмаршал, тот самый, что планировал взять Сталинград за две недели, сидит в подвале и сдается. История рассудила справедливо».
О финале битвы:
«31 января мы взяли в плен фельдмаршала Паулюса. Он сидел в подвале универмага, бледный, осунувшийся, с небритым лицом. Сказал, что действовал по приказу. Я ответил: "Вы солдат, и мы это понимаем. Но война для вас кончена". 2 февраля последние очаги сопротивления в северной части города прекратили стрельбу. Наступила тишина — необычная, звенящая тишина после месяцев непрерывного грохота. Сталинградская битва завершилась».
Сражение под Сталинградом стало крупнейшим поражением вермахта за всю историю Второй мировой войны.
Вермахт потерял убитыми, ранеными и пленными около 1.5 миллиона человек (включая союзников). В плен попало 24 генерала и фельдмаршал Ф. Паулюс. Полностью уничтожены 6-я армия, части 4-й танковой армии, разгромлены 3-я и 4-я румынские армии, 8-я итальянская армия, 2-я венгерская армия.
Битва ознаменовала коренной перелом в войне. Стратегическая инициатива окончательно перешла к Красной Армии. Германия вступила в полосу затяжного кризиса. В оккупированных странах Европы начался подъем антифашистского сопротивления. Япония и Турция окончательно отказались от планов вступления в войну против СССР.
«Сталинград был не просто победой. Это был слом хребта немецкой военной машины. После Волги немцы уже никогда не смогли оправиться. Они еще пытались наступать под Курском, но это была агония. Инициатива навсегда перешла к нам. Мы поняли: войну мы выиграем. Вопрос только во времени».
«Двести дней и ночей ада. Двести дней, когда смерть ходила рядом с каждым. Но мы выстояли. И не просто выстояли — мы перемололи лучшие дивизии вермахта. После Сталинграда мир поверил, что Гитлер будет разбит. И мы знали — теперь победа неизбежна. Но до нее еще надо было дожить».
«Когда я стоял на руинах города и видел, как колонны пленных немцев бредут по заснеженной степи, я вспомнил сентябрь, когда они рвались к Волге. Я вспомнил горящую реку и разрушенные дома, убитых женщин и детей. И я понял: это справедливость. Они пришли к нам с мечом — от меча и погибли. Никакая сила не сломит народ, защищающий свою землю».
«Сталинград стал символом. Символом стойкости, мужества, веры в победу. Мы доказали всему миру, что немецкую армию можно не только остановить, но и уничтожить. Город лежал в руинах, но он победил. И эта победа приблизила май 1945-го».
«Я выполнял приказы. Я солдат. Но сейчас, оглядываясь назад, я понимаю: это была авантюра. Мы недооценили противника, мы не поняли, что воюем не с армией, а с народом. Сталинград стал могилой для моей армии и для надежд Германии на победу. Я несу свою долю вины за эту трагедию».
«Потеря 6-й армии под Сталинградом стала переломным моментом войны. Мы лишились не просто войск — мы лишились веры в победу. После Сталинграда русские уже не сомневались, что разобьют нас. И они были правы».
«Сталинград стал символом военной катастрофы Германии. Там, в волжских степях, была похоронена не только 6-я армия — там был похоронен миф о непобедимости вермахта. Русские показали, что умеют воевать не хуже, а лучше нас. И это понимание дорого нам обошлось».
Сталинградская битва вошла в историю как одно из самых кровопролитных и самых значимых сражений человечества. 2 февраля 1943 года стало днем, когда стало ясно: война будет проиграна Германией. Но до Берлина оставалось еще два долгих года, наполненных кровью, потом и слезами. Впереди были Курск, Днепр, Корсунь-Шевченковский, Яссы, Висла и, наконец, Берлин. Но первый камень в фундамент Победы был заложен именно здесь — на волжских руинах, в промерзших окопах, в подвалах разрушенного города, который выстоял и победил.